Слава

На этот раз я решил пойти немного другим путём. Точнее, назад — в прошлое. Я уже так делал, но не совсем в таком виде…

Позвольте задать контекст. Около десяти лет назад, вскоре после начала сотрудничества с диджеем и продюсером этого жанра (не стану утомлять вас перечислением имён — в данном случае это не так уж важно), меня попросили высказаться по поводу проекта, который тогда находился на ранней стадии. Это был альбом с рабочим названием «Glory». От меня ждали (не)скольких слов о том, чем мы, артисты и исполнители, занимаемся, что мы чувствуем, делая это, и даже — что значит делать то, чем мы занимаемся. Но не в рифмованной, песенной форме: этим я и так занимаюсь каждые выходные. Нужно было нечто больше похожее на стихотворение или верлибр — текст, которому для смысла не нужны ни мелодия, ни ритм. Я должен был прочитать его как spoken word где-то среди музыки — во вступлении, в финале… На тот момент конкретика ещё не была определена.

Мне понравилась эта идея! Хотелось рассказать о взлётах и падениях, о некоторых эмоциях, которые в те моменты испытывал я — даже если больше никто. Попробовать вызвать в воображении какие-то образы с моей точки зрения, со сцены. Может, если хватит ума, развенчать пару часто повторяемых мифов?! Раньше меня ни о чём подобном не просили, и мне очень хотелось почесать этот зуд: в детстве я всегда считал, что хорошо пишу стихи, но когда настоящая рифма стала тем, чем я захотел заниматься, моя способность к свободному стиху пошла на убыль, а эти особые «умственные мышцы» почти полностью атрофировались (до сих пор не могу, что ужасно раздражает).

И вот в 2020 году, когда меня попросили записать свои мысли и взгляды, связанные с моим опытом и всем прочим, я задумался, не написать ли ещё один такой текст по похожему «брифу». Я рассматривал вариант развить тогдашние слова, отшлифовать и дополнить их теперь, когда за плечами у меня гораздо больше опыта. В итоге я отказался от обоих вариантов: перечитав текст, я почувствовал, что в словах, написанных тогда и прочитанных сейчас, есть своя ценность. Мне также показалось, что в них нет ничего устаревшего или неуместного; я по-прежнему во многом тот же человек. Я даже собираюсь поделиться с вами всем процессом. То есть я начал печатать первое, что приходило в голову, и через абзац или два упёрся в то, что счёл «стеной». После нескольких перечитываний и долгих размышлений я решил всё выбросить и начать заново. Так что вы получите и отвергнутый вариант, и тот, на котором я в итоге остановился, — просто для контекста и дополнительного понимания моего внутреннего состояния. Столько лет спустя я всё ещё рад, что выбросил первый черновик, хотя при перечитывании он до сих пор вызывает лёгкую улыбку.

Ладно. Поехали…

*****

Добро пожаловать, дамы и господа. Рейверы, исполнители, музыканты и, прежде всего, любители музыки. То, что вы сейчас переживёте, — это соединение множества умов, умов, способных вдохновиться чем угодно, чтобы подарить вам всё.

Видите ли, музыка — удивительная вещь. Чтобы понять её, не нужно говорить на каком-то определённом языке, происходить из конкретной части света или иметь определённое происхождение, чтобы почувствовать с ней связь, — но я не сообщаю вам ничего, чего вы уже не знаете. А сейчас я постараюсь объяснить не столько как, сколько почему многие из нас здесь этим занимаются.

Трудно описать словами то чувство, которое испытываешь, впервые ставя трек перед публикой и наблюдая, как она сходит с ума. Или когда выплёвываешь текст, законченный всего несколько часов назад, а затем произносишь его перед толпой, которая ловит каждое слово. Когда тебе говорят, когда ты видишь, когда ты ЗНАЕШЬ, что твоя работа, плоды твоего труда ценят, уважают, боготворят… это невероятное чувство. Гораздо сильнее, чем жить по собственному расписанию, быть самому себе начальником и уходить в отпуск, когда тебе, чёрт возьми, захочется.

*****

Даже сейчас, столько лет спустя, я всё ещё не могу толком объяснить, что именно мне в этом не нравится. Думаю, возможно, ему не хватает непосредственности, он недостаточно увлекает? Слишком разговорный? Как-то неискренний? Не знаю. Но через неделю или две я придумал следующий текст и оставлю вас с ним, будто он вообще стоил того, чтобы его читать — а тем более писать, — так что после этого мне уже не придётся ничего «говорить». Надеюсь, вам понравится!

*****

Вот ради чего мы это делаем. Вот для чего мы живём.

Когда включается свет и музыка стихает. Когда всё сказано и сделано. Это головокружение, сбившееся дыхание, мурашки и бабочки в животе — всё сразу. Когда вся одежда на тебе насквозь промокла от пота, голова раскалывается, мышцы ноют, а голос осип — и ни у кого не возникает сомнений, что всё это того стоило. Это толпа, уходящая настолько далеко, насколько хватает взгляда, и скандирующая твоё имя одним голосом. Это звук тысячи пар рук, отчётливо отбивающих уникально синкопированный ритм признательности. Это молчаливое признание каждого другого исполнителя на площадке: именно ты сиял на сцене ярче всех. Вот ради чего мы это делаем. Вот для чего мы живём.

Это когда люди, не говорящие на твоём языке, безупречно цитируют твои тексты. Когда слушатели чувствуют, будто знают тебя, просто потому, что ощущают связь с тем, что ты делаешь. Когда люди ещё долго тепло отзываются о тебе после встречи, спустя много времени после твоего ухода. Так ты оставляешь свой след, продлеваешь жизнь за пределы измеримых земных лет, сохраняешь себя — увековечиваешь — в сердцах и мыслях других.

Но даже после того, как наши тела предадут земле, ещё долго после того, как бесчисленные драгоценные воспоминания поблекнут — поблекнут, как чернила, которыми печатают слова критического признания, награды и восторженные рецензии в национальной и международной прессе; даже в те грядущие дни, когда люди будут ностальгически вспоминать Blu-Ray-диски и HDTV и говорить о mp3, то, что ушло, однажды снова вернётся. Это исток, путь и пункт назначения. Потому что вот ради чего мы это делаем. Вот для чего мы живём.

Это больше, чем бесплатные подарки, больше, чем поклонницы, больше, чем рекламные контракты или спонсорство. Больше, чем паспорт, полный штампов, ящик, набитый посадочными талонами, мили часто летающего пассажира или карта Star Alliance Gold. Это больше, чем деньги — сколько бы их ни было, — а слава? Что ж, по-моему, она немного уводит нас от сути…

Видите ли, дело в том, что ты расширил горизонты узколобых людей. Создал нечто гораздо большее, чем сумма составляющих. Достиг недостигнутого — или, ещё лучше, того, что считалось недостижимым. В том, что твоя работа добирается до мест, где ты никогда не был и, возможно, никогда не смог бы побывать. Это и судьба, и предназначение. Это когда самые уважаемые люди в индустрии уважают ТЕБЯ. Когда кто-то говорит, что ты изменил его жизнь, — и не просто искренне это чувствует, это действительно правда. Когда ты получил больше, чем когда-либо просил, — и заодно всё, о чём мечтал.

Вот ради чего мы это делаем. Вот для чего мы живём. Кто-то делает это ради любви. Многие — ради денег. А мы делаем это… ради славы.